From L-relcom@kiae.su Thu Feb 24 21:24:16 1994
To: subscribers@sequent.kiae.su
Newsgroups: relcom.politics
From: Viktor I. Cherepkov <mayor@cityhall.marine.su>
Subject: [News] справка о нарушениях прав человека
Organization: City Hall, Vladivostok,Russia
Date: Fri, 25 Feb 94 06:46:02 GMT
Reply-To: mayor@cityhall.marine.su
Distribution: su
Sender: L-relcom@kiae.su
X-Class: Big
Content-Length: 9853
X-Lines: 173
Status: RO



                         С П Р А В К А
   О НАРУШЕНИЯХ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА, ДОПУЩЕННЫХ ПРИ БЛОКИРОВАНИИ
    ВЛАДИВОСТОКСКОЙ МЭРИИ В НОЧЬ С 11 НА 12 ФЕВРАЛЯ 1994 г.


         Как  отмечено  в  заявлении пресс-службы администрации
города Владивостока от 14 февраля 1994 года, 11 февраля 1994 го-
да около  22  часов  здание городской администрации блокировала
группа воруженных лиц в форме  бойцов отряда ОМОН и сотрудников
милиции.
         Несколько  часов, подчеркивается в заявлении, в кабине-
те главы администрации В.И.Черепкова проводился обыск. После не-
го  в 4 часа ночи 12 февраля в сопровождении вооруженной охраны
мэр  был  доставлен в прокуратуру и допрошен. Никаких обвинений
мэру предъявлено не было.
         Почти сутки, указывает  заявление  пресс-службы, глава
администрации  был ограничен в передвижении, пользовании телефо-
нами, всеми средствами связи и управления.
         Пресс-служба  мэрии в заявлении от 16 февраля отметила,
что 15 февраля в народном суде Ленинского района города Владиво-
стока должно было слушаться гражданское дело по иску начальника
УВД Приморского края В.Ипатова к мэру города В.Черепкову о взыс-
кании  10 миллионов  рублей за причинение морального вреда. Пол-
ковник  В.Ипатов  счел  себя  оскорбленным  словами В.Черепкова,
что нужно бороться с преступностью внутри милиции.
         По  утверждению  пресс-службы, "обыск, производившийся
прокуратурой и милицией в ночь на 12 февраля, среди прочего был
связан с попыткой изъять документы, подтверждающие правоту мэра,
и обеспечить полковнику Ипатову 10 миллионов рублей".
         Блокирование мэрии  и  произвольное  задержание мэра в
ночь на 12 февраля парализовали нормальную работу администрации
и  тем  самым огрнаничили право народа на реализацию его власти
через органы местного самоуправления, гарантированного ч.2 ст.3
новой Конституции РФ.
         Во время блокирования мэрии В.И.Черепков был лишен сво-
оды  передвижения  и  поставлен в условия фактической изоляции.
Следовательно,  был нарушен принцип неприкосновенности личности,
провозглашенный ч.1 ст.22  новой Конститутции Российской Федера-
ции.
         Ст.122  Уголовно-процессуального Кодекса РФ  устанавли-
вает, что  о всяком случае задержания лица, подозреваемого в со-
вершении преступления, нужно составить специальный протокол.  В
данном  случае   это   сделано  не было. Стало быть, задержание
мэра  нужно  считать  произвольным. Между тем статья 9 Всеобщей
декларации прав человека и ст.9 Международного пакта о гражданс-
ких  и  политических  правах  провозглашают, что никто не может
быть подвергнут произвольному задержанию.
         Согласно  ч.2  ст.48 Конституции РФ каждый задержанный,
подлозреваенмый в  соверошении преступления, имеет право пользо-
ваться помощью  адвоката с момента задержания. Ч.2 ст.51 УПК РФ
предусматривает, что  с  момента допуска к участию в деле защит-
ник вправе встречаться с задержанным человеком наедине.
         Однако  фактически задержанного мэра допросили не в ка-
честве подозреваемого, каким он был на самом деле, а в качестве
свидетеля. Допрашивать  же  свидетеля с участием  его  адвоката
закон  не  предписывает. Поэтому, искусственно изменив процессу-
альное положение мэра, следственные органы лишили В.И.Черепкова
с  самого начала права на защиту, гарантированного новой Консти-
туцией.
         Вместе с тем  до начала допроса мэра  предупредили  об
уголовной ответственности за отказ от дачи свидетельских показа-
ний,  что  подтверждается  соответствующей  записью в протоколе
его  допроса.  Здесь  следственные органы прежде всего нарушили
ст.51  Конституции   Российской Федерации, устанавливающую, что
никто не обязан с в и д е т е л ь с т в о в а т ь   п р о т и в
с а м о г о    с е б я. Мэра же  В.Черепкова фактически понужда-
ли давать такие показания под страхом уголовной ответственности
при  отказе  от них. Следственные органы игнорировали и то, что
подозреваемый и  обвиняемый ( в отличие от свидетеля) вообще не
несет по закону никакой ответственности за отказ от дачи показа-
ний,  ибо показания подозреваемого являются средством защиты от
подозрения. Значит, от самого подозреваемого зависит, желает он
воспользоваться  этим средством или нет. Принуждать подлозревае-
мого  к  даче показаний путем любых угроз (в том числе и угрозы
уголовным  наказанием за отказ от дачи показаний) нельзя. Более
того, подобное  принуждение влечет уголовную ответственность по
ст.179 УК РФ.
         Ст.170 УПК РФ устаналивает, что  производство обыска в
ночное  время, кроме случаев, не терпящих отлагательства, не до-
пускается. К этим случаям относятся такие обстоятельства, когда
малейшее промедление с обыском может повлечь уничтожение или со-
крытие  доказательств ( например, поступает сообщение, что в ка-
ком-либо помещении убили человека, а труп пытаются увезти).
         Представитлеь  краевой  прокуратуры В.Чичаев сообщил в
средствах массовой инфлормации, что заявление о переданной мэру
взятке поступило 10 февраля днем. И  если прокуратура опасалась,
что В.Черепков уничтожит доказательва взятки, то надо было неза-
медлительно  возбудить дело и сразу же проводить обыск. Но след-
ствие  выжидало примерно полтора суток. А  ведь за это время мо-
жно  не только уничтожить доказательства, но и искусственно соз-
дать  "улики".
        Кроме того, поскольку закон разрешает ночной обыск лишь
в исключительных случаях, прокуратура обязана была мотивировать
в постановлении о производстве обыска, какие не терпящие отлага-
тельства  обстоятельства  диктовали  необходимость  учинить его
ночью. Однако эти мотивы не изложены.
       Вслед  за  многочасовым  обыском (в  мэрии и в  квартире
В.И. Черепкова) устроили ночной допрос мэра. Хотя быстрее и про-
ще  было допросить В.И.Черепкова в здании мэрии ( закон это раз-
решает), его увезли ночью под конвоем для допроса в прокуратуру,
обострив этим и так непростую обстановку в городе.
     Между  тем в силу ч.2 ст.150 и ч.1 ст.123 УПК РФ не только
подозреваемого, но  даже  обвиняемого  можно  допрашивать ночью
лишь  в  случаях, не терпящих отлагательства. А здесь их просто
не было.
     Вот почему обыск и задержание мэра и связанные с этим заяв-
ления  некоторых  должностных лиц прокуратуры и органов внутрен-
них дел  свидетельствуют о таком обращении с мэром, которое уни-
жает его человеческое достоинство. А это запрещено ст.21 Консти-
туции РФ.
     Серьезную  озабоченность вызывает и интервью прокурора При-
морского  края  В.Василенко,  напечатанное  15 февраля в газете
"Владивосток". Прокурор  края  сказал: "В обычной ситуации - не
будь  он  Черепковым -  сидел  бы  уже  как шпала. По имеющимся
д о к а з а т е л ь с т в а м  железно  бы сидел. Обычный  чело-
век - не  "совесть  России" ( а  так народ зовет В.И.Черепкова)
уже бы в камере чирикал при этих доказательствах."
     Оставляя на совести прокурора В.Василенко употребление жар-
гона, не  способствующего авторитету прокуратуры, защита отмеча-
ет, что  прокурор края, призванный осуществлять надзор за соблю-
дением  законности и быть особо объективным, заранее (не только
до  суда,  но даже до предъявления обвинения), оценив имеющиеся
доказательства, по сути дела объявил о виновности В.Черепкова и
необходимости лишения В.Черепкова свободы.
     Между  тем, определяя  цели и направления прокурорской дея-
тельности, ст.2 Закона о прокуратуре устанавливает, что прокура-
тура  призвана  обеспечить  верховенство  закона, прав и свобод
граждан.  Ч.1 ст.49  Конституции России предусматривает, что лю-
бой человек  считается невиновным, пока его виновность не будет
доказана  в  предусмотренном федеральным законом порядке и уста-
новлена вступившим в законную силу приговором.
     Прокурор  же края В.Василенко нарушил этот конституционный
принцип.
     При таких обстоятельствах он не может осуществлять  надзор
за  расследованием  по  делу В.Черепкова. Не могут это делать и
другие  прокурорские работники Приморья, ибо они находятся в за-
висимости от В.Василенко.
     Нарушенный прокурором края принцип призумпции невиновности
провозглашен в ряде международно-правовых документов ратифициро-
ванных  Советским Союзом, правопреемницей которого является Рос-
сия  (например, в ч.2 ст.14 Международного пакта гражданских  и
политических правах).
     Статья  же  17 новой Конституции РФ предусматривает, что у
нас  признаются и гарантируются права и свободы человека и граж-
данина согласно общепризнанным принципам и нормам международного
права. Опубликованное  15 февраля 1994 года  в газете "Владивос-
ток"  интервью  прокурора  края В.Василенко затрагивает междуна-
родно-правовые обязательства России по соблюдению прав человека.
Учитывая, что из-за принятой в отношении мэрии акции сорвана по-
ездка мэра в Японию  и  принимая  во внимание, что напечатанное
15  февраля  в газете "Владивосток" заявление прокурора края мо-
жет  может  отрицательно сказаться на международно-правовом пре-
стиже  России, а также на отношениях города Владивостока с зару-
бежными городами-побратимами, защита считает, что действия  лиц,
виновных  в  блокировании  мэрии и связанных с этим нарушениями
прав человека, должны получить соответствующую правовую оценку.
      Защита  отмечает, что  помимо  внутренних  законов России,
здесь  была  нарушена ст.2 Кодекса поведения должностных лиц по
поддержанию  правопорядка,  утвержденного  резолюцией  N 34/169
Генеральной ассамблеи ООН 17 декабря 1977 года.
     Она предусматривает, что при выполнении своих обязанностей
должностные лица по поддержанию правопорядка  должны уважать  и
защищать  человеческое достоинство, поддерживать и защищать пра-
ва человека.

                              С.Я.Улицкий, Член Приморской
                              краевой коллегии адвокатов,
                              кандидат юридических наук,
                              доцент
                              г.Владивосток, 24 февраля 1994 г.


